Жесты в разных культурах


8o7_2K8bKDwПроблема межкультурного соответствия жестов, или, как ее обычно называют в невербальной семиотике, проблема универсализма, тесно связана с интерпретацией невербального текста одной культуры носителями другой и с проблемой переводимости. Хотя в невербальных компонентах человеческой коммуникации в разных культурах больше сходств, чем различий, последние все же имеются. Можно выделить три вида отклонений от правильного понимания кинетического текста при переходе от одной культуры к другой:
— неправильная интерпретация,
— неполная интерпретация,
— избыточная интерпретация.

Первая категория, неправильная (ошибочная) интерпретация, сразу приходит на ум, когда говорят о непонимании: обычно в работах, в которых делается сопоставительный анализ жестов и жестовой коммуникации в различных культурах, речь идет исключительно об ошибочной интерпретации. Каждый народ и каждая культура имеют свое «немое кино». Ч.Чаплин как-то сказал: «Дайте мне посмотреть, как вы двигаетесь и жестикулируете, и я сразу скажу вам, где вы родились». Неправильная интерпретация носителями одной культуры невербального сообщения, сделанного представителем другой культуры, может привести к нежелательным конфликтам и опасным последствиям. Не случайно британская авиакомпания «British Airways» часто предупреждает пассажиров: «Ве careful. Your gesticulation may bring you into unpleasant and ambiguous situations» «Будьте осторожны. Ваша жестикуляция может поставить вас в неприятное и двусмысленное положе­ние». А Дж.Миллер пишет: «неправильное понимание невербального поведения — один из самых огорчительных источников разногласий между людьми, без которого вполне можно было бы обойтись. Например, немногие американцы знают о том, что китайцы очень не любят, когда их трогают, хлопают по плечу и даже пожимают руку. Если бы американцы, для которых данные жесты означают близость и дружелюбие, не применяли их по отношению к китайцам, скольких обид можно было бы с легкостью избежать!».

lLXK2hSEkSsТочное понимание смысла полученного невербального сообщения важно еще и потому, что отдельные жестовые формы, встречающиеся в разных культурах, хотя и не тождественны по значению, могут иметь в них семантически сходные интерпретации. Например, жестовая форма пожать плечами насколько можно судить по существующим описаниям разных языков тела, значит «безразличие», «недоумение», «пренебрежение», «презрение», «незнание» и, возможно, еще многое другое, но этой формой никогда не кодируются, например, «положительные» смыслы, такие как «удовольствие», «радость» или «воодушевление», — диапазон различных семантических интерпретаций данной формы достаточно ограничен. Точно так же форма зажать нос почти всюду свидетельствует о негативном ощущении «плохо пахнет, воняет (и подобных реакциях)», а отношение «почтения», по-видимому, во всех или в подавляющем большинстве культур может передаваться склоненными головой или корпусом.

Однако из этих примеров тесной смысловой близости внешне похожих форм никак не следует, что не бывает случаев, когда почти тождественные формы жестовых знаков имеют весьма далекие друг от друга смысловые интерпретации. Интересно, что сходное по форме невербальное поведение людей (как, впрочем, и вербальное) и внешне идентичные кинемы могут быть даже антитетическими, или энантиосемичными, выражая в разных культурах вещи прямо противоположные. Так, щекотка может быть актом агрессии и компонентом любовной игры, плевок может обозначать «презрение», а может и «любовь».

Говоря об оппозициях и антитезах в невербальном поведении людей, Ч.Дарвин приводит, правда в другой связи, слова Дж. Рэйнодса: «Любопытно наблюдать за тем, как высшие точки прямо противоположных страстей очень мало отличаются одна от другой, бесспорно также, что они могут выражаться одними и теми же действиями». Канадский психолог А. Вольфанг, работающий в сфере образования, в течение довольно длительного времени наблюдал за невербальным поведением учеников и учителей в канадских школах Торонто, Монреаля и Ванкувера, в классах которых было много детей иммигрантов из других стран (например, в классах в Торонто в среднем примерно у 50% учеников ни английский, ни французский не являются родными языками), а потому такие классы можно рассматривать как удобные экспериментальные площадки для изучения особенностей межкультурного вербального и невербального взаимодействия.

А.Вольфанга прежде всего интересовало, как канадские учителя учитывают в своей работе разницу в жестовом и параязыковом поведении учеников. В своей интересной и, несомненно, важной для работников сферы образования статье Вольфанг в 1979 году показал, к каким неприятным последствиям может привести пренебрежение этим аспектом в деятельности учителя. Ученики, приехавшие из Западной Индии, Южной Италии, Африки или Гонконга, привыкли к гораздо более формальному, чем в Канаде, отношению к ним учителей. В школах этих стран на уроках меньше свободы и больше дисциплины. Там принято, чтобы ученики на уроках молчали, пока с ними не заговорит учитель, ученики больше слушают рассказ учителя, чем свободно делятся с ним своими мыслями, и меньше задают ему вопросов. Как пишет А. Вольфанг, «уважение к учителю там скорее изначально предполагается, чем зарабатывается». Поэтому от канадских учителей ожидается, что они, проявив терпение и выдержку, смогут создать в классе атмосферу свободы и дружеского внимания к чужой культуре и позволят на первых порах учащимся вести себя так, как те привыкли, в частности непринужденно выражать вербальные и невербальные культурные и коммуникативные предпочтения.

Общая демократичная и полуформальная обстановка в канадской школе, с одной стороны, и авторитарная и формальная обстановка в школах указанных стран являются первопричинами различий в невербальном поведении учащихся и, соответственно, учителей. Так, многих канадских учителей раздражает то, что в разговоре с ними ученики-иммигранты, в частности прибывшие из Ямайки, не смотрят в глаза, что, по мнению этих учителей, демонстрировало неуважение к ним. Между тем в ямайской культуре выражение уважения со стороны ученика к учителю в точности противоположное тому, что принято в Канаде: стоя перед учителем, ученик обычно опускает глаза. Смотреть прямо в глаза человеку, имеющему более высокий социальный статус, избегают представители многих культур, например негритянское население Америки. Из-за исходно одинаковой биологической природы жестов весьма общая рекомендация, которую можно было бы дать человеку, пытающемуся интерпретировать конкретный жест, не кажется нам абсолютно банальной, а именно: нужно знать заранее, к какой культуре принадлежит жестикулирующий. И с самого начала лучше смотреть на внешние идентичные или почти идентичные жестовые знаки как на имеющие разные значения.

Несоответствие жестовых знаков порождает потенциальные сложности перевода их языковых обозначений с одного естественного языка на другой. Наличие жестовых словарей и грамматик, хотя бы одноязычных, вне всякого сомнения, позволило бы упорядочить и типизировать использование разнообразных переводческих приемов, среди которых назову лишь несколько наиболее частых: поиск тождественного знака, привлечение изосемантичного знака, имеющего тот же или близкий круг употреблений, но иного по форме, употребление языкового обозначения для жеста — переводного эквивалента, отличного от оригинала и по форме, и по смыслу, однако обладающего нужными переводчику смысловыми, культурными, идеологическими или иными коннотациями, использование знака-аналога из того же семантического поля. В связи с трудностями интерпретации и перевода мне кажется вполне уместным вспомнить давно проведенное деление жестов по их отношению к адресату, интерпретирующему жест.

 

© 2013-2017 Профайлинг с Анной Кулик ·  Дизайн и техподдержка: Goodwinpress.ru